Главная  /  Москва  /  Петровско-Разумовское

Усадьба Петровско-Разумовское


Усадьба Петровское-Разумовское расположена на речке Жабне, или, как её издавна называют местные жители, Жабенке, притоке реки Лихоборки. Когда-то здесь стояла деревня под названием Семчино, в XVI—XVII веках принадлежавшая князьям Шуйским. В царствование Фёдора Иоанновича князья Шуйские возглавили боярскую оппозицию против всесильного Бориса Годунова. Оппозиция была разгромлена, её участники подвергнуты различным карам. Первый известный владелец Семчина — Александр Иванович Шуйский — был отправлен в ссылку, но через несколько лет возвращён в Москву. В 1606 году, в Смутное время, родной брат Александра Ивановича Василий Иванович Шуйский был провозглашён царём. Воеводой при нём был самый младший из братьев Шуйских, впоследствии, в 1620-х годах, унаследовавший Семчино, — Иван Иванович по прозванию Пуговка. И.И. Шуйский принимал активное участие в борьбе с поляками, однако потерпел ряд поражений, особенно заметных на фоне воинской славы его племянника — выдающегося полководца М.В. Скопина-Шуйского. Молва стала обвинять Ивана Пуговку в зависти к племяннику и подозревать в злых умыслах против него. Эти слухи, хотя ничем не подтверждённые, вызвали к неудачливому воеводе всеобщую неприязнь, поэтому после низложения царя Василия и вступления в Москву поляков Иван Пуговка был выдан врагам и долгие годы провёл в польском плену. Вернулся на родину он только после воцарения Михаила Романова, заняв при новом царе достаточно высокую должность главы Судного, а затем Сыскного приказов.

После смерти И.И. Шуйского-Пуговки в 1638 году деревня перешла к его племяннику — князю Семену Васильевичу Прозоровскому, который построил близ Семчина боярский двор, положив начало будущей Петровско-Разумовской усадьбе. В 1676 году наследники князя Прозоровского продали Семчино, превратившееся из деревни в сельцо, боярину Кириллу Полуэктовичу Нарышкину, отцу Натальи Кирилловны — второй жены царя Алексея Михайловича, деду малолетнего царевича Петра — будущего Петра I. К.П. Нарышкин построил в Семчине церковь во имя святых Петра и Павла, после чего оно стало называться Петровским.

Во время стрелецкого бунта 1682 года, главными жертвами которого стали родственники Петра со стороны матери, К.П. Нарышкин по требованию восставших был пострижен в монахи и сослан в Кирилло-Белозерский монастырь. Петровское осталось во владении его жены Анны Леонтьевны. При ней деревянная Петропавловская церковь была заменена каменной в стиле нарышкинского барокко. Пётр I часто бывал в дедовской усадьбе. По преданию, он выкопал там небольшой пруд, названный им Амстердамским, и посадил возле лесной сторожки несколько лип.

В 1698 году Анна Леонтьевна постриглась в монахини, оставив усадьбу сыну — Льву Кирилловичу. После смерти Л.К. Нарышкина Петровское перешло к его сыну Ивану Львовичу, который умер в 1734 году. Единственным ребёнком Ивана Львовича была дочь Екатерина, оставшаяся сиротой в трёхлетием возрасте и унаследовавшая немалые отцовские богатства, в число которых входило и Петровское. Взошедшая на престол императрица Елизавета Петровна взяла её ко двору, сделав фрейлиной, а в 1746 году выдала замуж за Кирилла Григорьевича Разумовского — младшего брата своего фаворита. Петровское перешло во владение К.Г. Разумовского.

К.Г. Разумовский — по происхождению простой казак — попал в Петербург в пятнадцатилетием возрасте и по распоряжению императрицы отправился за границу для получения образования. Вернувшись в Россию, он был пожалован графским титулом, назначен президентом Академии наук, а затем — украинским гетманом. К.Г. Разумовский славился как блестящий светский кавалер, завсегдатай балов и маскарадов. В царствование Екатерины II Разумовский удалился от двора, подолгу живя в Москве и в Петровском, которое с 1766 года стало носить двойное название усадьба Петровское-Разумовское.

При Разумовском усадьба переживает период расцвета. В 1770-е годы по проекту архитектора Ф. Кокоринова был построен роскошный господский дом, каменной галереей соединённый с церковью Петра и Павла, в саду устроены оранжереи, беседки, садовые павильоны. На речке Жабенке выкопан огромный пруд, построены конный завод, скотный двор, многочисленные службы. Общее число построек в Петровском-Разумовском достигало восьмидесяти. Иностранный путешественник писал, что усадьба Разумовского «походит скорее на город, чем на дачу». В усадьбе устраивались пышные праздники, приглашались многочисленные гости.

Под конец жизни К.Г. Разумовский уехал к себе на родину, на Украину, где скончался в 1803 году. Петровское-Разумовское перешло к одному из его сыновей — Льву Кирилловичу. При нём главный дом был перестроен в классическом стиле, украшен десятиколонным портиком и увенчан куполом. После смерти Льва Кирилловича в 1818 году его вдова продала усадьбу князю Ю.В. Долгорукову, а десять лет спустя усадьбу Петровское-Разумовское купил московский аптекарь П.А. Шульц, который стал сдавать имение под дачи.

В 1850-х годах Московское общество сельского хозяйства представило на рассмотрение государю проект создания высшего сельскохозяйственного учебного заведения. Царь одобрил идею, и в 1860 году Петровское-Разумовское было куплено в казну для размещения в нём сельскохозяйственной академии. В описи, составленной при покупке усадьбы, говорилось, что старый дом вполне пригоден для использования, но всё же дом был сочтён неудобным для новых целей и снесён. На его месте архитектор Н.А. Бенуа построил новый, стилизованный под архитектуру эпохи барокко. Перестройка усадьбы продолжалась пять лет, и 21 ноября 1865 года Петровская земледельческая и лесная академия была торжественно открыта.

За четыре года до этого реформа, отменившая крепостное право, положила конец целой эпохе и породила веру в обновление страны, в появление людей нового типа — свободных, мыслящих, стремящихся к усовершенствованию мира и самих себя. На волне этих настроений был составлен устав Петровской академии, отличавшийся исключительным демократизмом. В число слушателей принимались представители всех сословий, не существовало ни возрастного, ни образовательного ценза, выбор изучаемых дисциплин предоставлялся самим учащимся, посещение лекций было свободное, экзамены сдавались (или не сдавались) по желанию. Но очень скоро стало ясно, что такая система себя не оправдывает. В 1869 году директор академии писал: «Вопреки возлагавшимся на академию надеждам для слушания лекций поступают преимущественно юноши, нигде не окончившие курсов, не подготовленные к должному пониманию и усвоению лекций. Хотя при вступлении они обыкновенно не могут представить и понять ожидавшие их затруднения, но вскоре убеждаются в них самим делом, а убедившись и поняв вполне, они образуют праздную массу, на лекции не являются, не пропускают случая участвовать в скандальных происшествиях, если такие представляются, и, проведя 9—10 месяцев в совершенной праздности, не привыкши прежде ни к какой работе, часто делаются к ней совершенно неспособными». Справедливость этих слов подтверждается цифрами: за первые шесть лет существования академии из тысячи с лишним поступивших в неё студентов лишь тридцать шесть окончили курс, а сдал экзамен и получил степень кандидата один-единственный — будущий профессор А.Н. Шишкин. Преподатель академии, знаменитый К.А. Тимирязев, с грустью говорил, что её уставу «можно сделать один упрёк — что он опередил своё время». В 1872 году в академии был принят новый устав — обычный для тогдашних учебных заведений, что сразу же дало положительные результаты.

Но к тому времени за Петровской академией уже прочно укоренилась репутация рассадника вольнолюбия и вольномыслия. Современник писал: «В широких обывательских кругах образ старого петровца сложился в виде революционера, неряшливо одетого, в длинных волосах, в больших сапогах, с пледом за плечами». Однако, по свидетельству В.Г. Короленко, для большинства это была лишь игра, увлекавшая их по молодости и от избытка сил. Исключением был студент-петровец Сергей Нечаев — основатель тайной организации «Народная Расправа», убивший заподозренного им в предательстве (по общему убеждению — несправедливо) члена этой организации, также студента-петровца И. Иванова.

При всем своем «революционном духе» Петровская академия была серьёзным учебным заведением. В ней преподавали такие блестящие учёные, как К.А. Тимирязев, М.К. Турский, В.Р. Вильямс, Д.Н. Прянишников и многие другие. В 1894 году Петровская академия была преобразована в Московский сельскохозяйственный институт, после революции переименованный в Сельскохозяйственную академию имени К.А. Тимирязева, существующую в Петровском-Разумовском и поныне.

Сохранившиеся памятники усадьбы Петровско-Разумовское

Все основные сохранившиеся постройки усадьбы стоят вдоль Тимирязевской улицы: дом и оранжерея — по левой стороне, флигели и ферма — по правой, манеж — на углу улицы Прянишникова. Парк, расположенный за домом, и находящийся в нём грот, к сожалению, недоступны для посетителей. Сельскохозяйственной академии принадлежит также множество зданий конца XIX—XX века, занимающих обширную территорию, но они не имеют отношения к усадьбе.

Дом

Главное учебное здание академии построено в 1862—1865 годах по проекту Н.Л. Бенуа на месте старого барского дома и стилизовано под архитектуру барокко XVIII века. Первоначально здание объединялось с церковью Петра и Павла, закрытой в 1924 году и снесённой в 1936-м. Достопримечательностью дома являются необычные выпуклые стёкла в окнах. Выпускник и впоследствии профессор академии, крупный учёный-аграрий, создатель теории «русской кооперации», а также талантливый писатель-романтик, автор изящных повестей-стилизаций, «московский Гофман» А.В. Чаянов упоминает их в одном из своих юношеских стихотворений. Сейчас в доме находится аудиторный корпус Сельскохозяйственной академии. Один из фасадов дома обращён к Тимирязевской улице, в сторону Парадного двора, образованного флигелями, другой выходит в парк.

Флигели

Одноэтажные корпуса флигелей, построенные в 1750—60-х годах, полукругом окружают парадный двор. Первоначально в центре среднего корпуса находилась въездная арка. В 1860-х годах флигели были надстроены вторыми этажами, их фасады получили оформление в стиле эклектики. При академии флигели использовались сначала как жильё для студентов, позже — как учебные корпуса.

Ферма

Ферма построена в 1770-х — начале 1780-х годов в стиле раннего классицизма. В плане она представляет собой замкнутое каре с круглыми угловыми башнями. Первоначально это сооружение использовалось как хозяйственный комплекс, в который входили людские, кладовые, хлева, конюшни; перед покупкой усадьбы Петровско-Разумовское академией служило конным двором; при академии стало фермой. После революции здесь разместился Музей животноводства.

Оранжерея

Оранжерея построена до 1786 года, в 1864—1865 годах перестроена по проекту Н.Л. Бенуа для размещения сельскохозяйственного музея. В 1880 году здание горело, в 1883-м отстроено заново по проекту архитектора И.С. Китнера. В советское время к восточному торцу пристроен новый корпус, а к центральной части — тамбур, стилизованный под классицизм.

Манеж

Манеж построен в 1750—1780-х годах, как и старый дом, по проекту А.Ф. Кокоринова. Первоначально здание было одноэтажным, лишь в его центральной части возвышался второй этаж с бельведером. При перестройке в 1860-х годах, предположительно по проекту Н.А. Бенуа, манеж был надстроен и декорирован в стиле эклектики. До 1879 года в здании находилась студенческая столовая, затем — «лесной кабинет» академии.

Грот

Грот в стиле ампир с массивной колоннадой, построенный в начале XIX века, — единственное парковое сооружение усадьбы, сохранившееся до наших дней.

Усадьба Петровско-Разумовское на карте Москвы

Наверх
Работает на Amiro CMS - Free